Со стороны «центрального входа» в экспозицию завода Новороссийского Общества гостей встречал мягкий круглый, обтянутый шелком, диван-пате с декоративной стальной пальмой в центре.
NB. Диван-пате представляет собой абсолютно круглый диван, в центре которого оборудованы круговая спинка для сидящих. Зачастую на спинке устраивают или подставку для цветов, или маленький столик, или возвышение для интерьерных аксессуаров. Иногда в центре пате делают углубление для цветочного горшка с фикусом или пальмой.
Диваны-пате получили распространение в XVIII веке, в период зарождения популярности светских баллов, как их тогда назвали «ассамблеи». Его располагали, как правило, в диванных комнатах. Ставили в центре, а вокруг размещали обычные диваны, чтобы собравшимся было удобно вести беседы. В рекомендации по использования в интерьере дивана-пате даются следующие советы:
«Чтобы диван-пате в современном интерьере занял достойное место и гармонично смотрелся, необходимо соблюсти ряд правил:
1. Диван-пате достаточно массивен, поэтому, устанавливать его лучше всего в большую комнату.
2. Такой диван просто создан для приема гостей и долгих приятных бесед. Наиболее подходят для такого дивана гостиные комнаты, салоны, каминные или патио.
3. Пате является центром интерьера, вокруг него группируется остальная мебель. Конструкция дивана не подразумевает его размещение в углу комнаты.
4. Желательно, чтобы диван был выдержан в том же дизайнерском направлении, что и остальной интерьер, иначе он будет неуместен.» [1].
Одна из газет того времени писала «Пальма поражает зрителей высотой, стройностью, удивительным изяществом. Ее темные рассеченные листья, веером расходятся от ствола, были так легки, а тонкий шершавый ствол так гибок, что вначале было трудно поверить, что это не живое растение, вывезенное с кавказского побережья, а тончайшее произведение искусства. Всем хотелось потрогать ее руками.» [2].
Пальма впечатляла не только простых зрителей. Специалисты тоже на нее обращали внимание.
Штейгер ‑ мастер, ведающий рудничными работами ‑ Д. Васильев в своей корреспонденции с выставки, направленной в издававшийся в Харькове официальный орган Союза горнопромышленников юга России «Горнозаводской листок», приводит следующие сведения:
«Пальма сделана из одного рельса. Ее ствол несет на себе десять листков и вверху заканчивается венчиком. Высота подлинно художественного изделия ‑ 3 м 53 см.
Молот и зубило ‑ вот единственные инструменты, которыми пользовались кузнецы» [3].
Кто разработал проект павильона завода НРО для Нижегородской выставки узнать не удалось. Были ли это специалисты из Санкт-Петербурга или из Москвы – совершенно неизвестно. Макеты шахты, домны и Юзовки делали в Москве – это факт. А остальное покрыто тайной. Да и был ли проект?.. Хотя…
Выковать декоративную пальму поручили кузнецу Алексею Ивановичу Мерцалову. Молотобойцем у него был Филипп Филиппович Шкарин. Выковали ее из одного рельса.
После закрытия Нижегородской выставки некоторые экспонаты Новороссийского Общества поступили в Музеум Горного института Императрицы Екатерины II. Ныне это Санкт-Петербургский горный университет императрицы Екатерины II. Раньше его называли просто Горный институт.
Куда первоначально передали декоративную пальму без дивана неизвестно.
«В Путеводителе Мельникова изданного в 1898 году, указано, что все экспонаты Новороссийского Общества были размещены в XII зале Музеума, однако пальма не упоминается. Можно предположить, что первоначально она украшала административные помещения Горного института» [8].
Подтверждением этой версии может служить письмо Директора института господину Хранителю Музеума Института от 12 января 1898 года №56 [9]:
«Принесенную в дар Музеуму Института Новороссийским Обществом железную пальму в вазоне покорнейше прошу Ваше Высокородие записать по шнуровой книге на приход с ценою в пятьдесят рублей».
В этот же день она была взята на учет. В инвентарной книге появилась короткая запись: «1898 г. 12 января. №56. Принесенная в дар Новороссийским Обществом Железная пальма с вазоном. 50 руб.» [10]. После постановки на учет стены Музеума она никогда не покидала. Хотя кочевала из зала в зал пальма много раз.
Однажды, во время очередного «переезде» пальме лист отломали. Не мудрствуя лукаво, лист приклепали на место.
В XII зале Музеума разместили фотографии и чертежи Новороссийского Общества. Макеты Центрально-Заводской шахты и доменной печи. Туда же передали и макеты местечка Юзовка. В «шнуровую книгу» макеты были записаны 27 февраля 1898 года [11].
Куда дели арки, ажурные колонны, рельсы и прочее ‑ неизвестно.
Стоит обратить внимание на дату регистрации экспонатов – «1898 год.». Экспонаты зарегистрировали через два года после закрытия выставки. Причем декоративную пальму взяли на учет раньше всего остального.
Существует две версии, объясняющие этот факт.
Первая: «Задержка в регистрации макетов была связана с тем, что из-за ограниченного числа сотрудников Музеума и большого объема работ образцы, особенно массово прибывавшие с выставок, иногда записывались в инвентарные книги на два-три года позже своего реального поступления» [8].
Вторая: Экспонаты были подарены Музеуму в 1898 году. До этого они хранились в Представительстве Новороссийского Общества в Санкт-Петербурге на улице Почтовой в доме №13. Есть гипотеза, почему декоративная пальма и все экспонаты временно хранились в представительстве завода.
В архиве Горного Института хранится много уникальных документов, касающихся истории Донбасса и непосредственно истории Новороссийского Общества. Но вот до начала 50-х годов прошлого века сотрудники Музеума совершенно ничего не знали о пальме, кроме факта ее существования.
«Весной 1952 года Музеум посетил выпускник Горного института, бывший инженер Сталинского (Юзовского) завода, в то время уже проживавший в Ленинграде, Константин Яковлевич Захаренков. Сотрудница Музеума Клавдия Андриановна Гросберг показала ему пальму и попросила «предпринять практические шаги к установлению фамилии кузнеца». 6 июня К.Я. Захаренков обратился с этой просьбой к директору Сталинского областного музея краеведения В.М. Евсееву, который, однако, не смог заняться этим вопросом. Тем не менее, к концу 1952 года. К.Я. Захаренкову удалось установить авторство пальмы.
В то время еще были живы люди, которые помнили события конца XIX в. Обходя с фотографией пальмы, сделанной в Горном музее, цеха и отделы завода, он встретился с 74-летним Филиппом Федотовичем Шкариным, который еще продолжал трудиться на предприятии. Ф.Ф. Шкарин сразу узнал пальму, которую помогал делать кузнецу Алексею Ивановичу Мерцалову осенью 1895 года, когда 16-летним юношей попал в кузницу в качестве молотобойца» [8].
Выше приведен фрагмент статьи Елены Сергеевны Таракановой «Стальная пальма из собрания Горного музея», опубликованной в журнале «Черные металлы» в 2016 году.
Стоит немого поправить Елену Сергеевну. В кузнечный цех на должность молотобойца Филипп Федотович поступил в 1894 году, и было ему тогда уже 18 лет. Может быть это просто опечатка в тексте статьи.
Константину Яковлевичу удалось невероятное. Он разыскал, пока единственную, фотографию А.И. Мерцалова. Фотография была сделана в 1913 году. Если учесть, что личного дела А.И. Мерцалова в Отделе кадров Донецкого металлургического завода (ДМЗ) нет, то остается загадкой у кого Константин Яковлевич нашел это фото. Оригинала фотографии не сохранилось. Существует только фото, опубликованное в газете «Металлург» в 1953 году.
Еще К. Я. Захаренкову удалось организовать получение ценнейшего для истории документа ‑ нотариально заверенного заявления Ф. Ф. Шкарина по стальной пальме. Ниже приводится полный его текст:
«Заявление.
Я, нижеподписавшийся Шкарин Филипп Федотович, родившийся 21 января 1879 г. в г. Сталино и проживающий в настоящее время там же, 13 линия в собственном доме № 9, работающий на Сталинском металлургическом (бывшем Юзовском) заводе с 1892 г. и по настоящее время, на вопрос гражданина Захаренкова Константина Яковлевича, проживающего в. г. Ленинграде, проспект И. В. Сталина, дом 58, кв. 22, о том, не знаю ли я, кто из старых кузнецов Юзовского завода отковал из рельса пальму для Нижегородской промышленной выставки 1896 г., заданный мне 15 декабря 1952 г., ‑ свидетельствую следующее:
Стальную пальму из одного куска рельса для заводского павильона Новороссийского Общества на Всероссийской промышленной и художественной выставке 1896 г., происходившей в г. Нижний Новгород (ныне г. Горький), отковал в конце 1895 г. старый опытный кузнец Юзовского завода Алексей Иванович Мерцалов.
Указанное обстоятельство мне известно точно, поскольку я в этот период работал в кузнечной мастерской вместе с кузнецом А. И. Мерцаловым в качестве его молотобойца и оказывал ему помощь в изготовлении стальной пальмы, хранящейся сейчас в Горном музее Ленинградского Горного института.
Подпись: Филипп Федотович Шкарин» [12].
В личной беседе Ф. Ф. Шкарин рассказал К. Я. Захаренкову об изготовлении пальмы более подробно:
«Свою пальму А. И. Мерцалов ковал, применяя самые простые технологические приспособления. Рельс нагревался на открытом кузнечном горне, ковался на обычной наковальне тяжелой балдой молотобойца.
Сила, направление и количество ударов определялись опытным глазом кузнеца и регулировались ритмичным постукиванием его легкого молоточка. Нагретый рельс в нужных местах надрубывался зубильями на определенные доли. Затем, в зависимости от надобности, металл усаживался или оттягивался, после чего разравнивался и отделывался простыми гладилками.
Хорошо помню, что вся пальма ‑ и ствол, и листья – были откованы А. И. Мерцаловым из одного куска рельса, без всяких привариваний и сварок. Пальма делалась по эскизу, в который часто заглядывал Мерцалов.
Сколько времени ковалась пальма ‑ сейчас уже точно не помню, во всяком случае не более двух-трех недель.» [13].
Завод НРО – Новороссийского Общества каменноугольного, железного и рельсового производства
Так совпало, что два события произошли в один год. Одно – историческое, второе – светское.
«1 ноября (2019 год. – Авторы) в Симферополе на Конференции Гильдии кузнецов России, собравшей около…
Копии пальмы Мерцалова «распространились по всему миру». Во многих странах, городах, учреждениях, у частных лиц…
В самом центре Донецка без малого два десятка лет находится арт-объект, который уже давно стал…